23:45 

Хозяин страны Радуг. Секрет Абураме.

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
Название: "Хозяин страны Радуг. Секрет Абураме."
Автор: Шекспира.
Рейтинг: G.
Жанр: приключения, флафф.
Размер: мини (4500 слов).
Персонажи: Минато, Шиби.
Дисклеймер: Кишимото-сан.
Разрешение на размещение: с указанием источника.
Предупреждение: OOC. Играюсь временем ;) ОС-ы.

Маленькое яркое приключение двух академиков!

Даже увесистый рюкзак за плечами не мог испортить хорошего настроения. Конохский лес приветливо шелестел, провожая маленькую группу в дальний путь. Раннее утро брезжило где-то далеко, за деревней, стлался бархатистый сумрак, над рекой клубился туман. Дальний деревянный мост дремал, прикрывшись пушистыми ветками, на душе было бодро и весело, в такт шагам журчала вода, выкрикивали птицы, начиная полный забот день.
Шиби оказался настоящим другом. Пришёл сразу после окончания занятий и предложил идти к Пепельным горам вместе. Мелькнула за поворотом кормушка для оленей, пустующая летней порой, перебежал дорогу бойкий ручеёк. Солнце поднималось выше, лес оживал, наполняясь звуками и красками, волшебной сказочной жизнью.
Шикуро-сан молча указал на кабана, жадно чавкающего мухоморы.
- Они же ядовитые! - забеспокоился Минато.
Кабан враждебно фыркнул и скрылся в чаще.
- Из них делают лекарство от воспаления, - сказал почтенный глава клана Абураме. - Ну а кабаны просто едят, если им случается заболеть. Особенно важны запасы лекарственных средств весной, когда жизненные силы животных истощены.
- Весной мы не собираем даже травы, пока их не вырастет достаточно много, - подтвердил Шиби.
Осторожно прокравшись выше по ручью, они наблюдали, как бобр сгрызал ольху, во все стороны летели щепки, будто зверёк орудовал пилой. В мелкой воде плескался выводок, ожидая, пока отец соорудит новое жилище. Тут вода была тёмной, вишнёвого оттенка и по словам старика целебной, все они напились, зачерпывая ладошками.
В светлой берёзовой роще группа остановилась собрать грибов и ягод, а ещё Шикуро-сан выкопал какие-то корешки. Казалось, в лесу существовал аналог абсолютно всему и совершенно каждое растение, животное, даже муха, занимало своё важное место.
Дважды приходилось уступать дорогу гружёным телегам, сидящие в козлах и поверх мешков люди с опаской взирали на кочующий выводок шиноби.
В обед позади остался частокол какой-то деревни, из-за которого слышался крик неугомонной детворы и лай собак. Пройдя ещё два километра, Шикуро-сан скомандовал отдых. Минато свалился на обочину, на мягкий мох и вытянул гудящие ноги. Несмотря на усталость, он был доволен, глаза светились энтузиазмом, золотистая шевелюра по-цыплячьи топорщилась, шевелясь на ветерке.
- Сейчас кажется, что рюкзак слишком велик, - сообщил ему опытный скиталец. - Но уже скоро он покажется мал.
Мальчишка улыбнулся так же ясно, как улыбалось над лесом лучистое солнышко. Поковырялся, перевязывая сандалию. От прогулки разыгрался аппетит, все трое перекусили.
- Вечером будет суп, - пообещал Шикуро-сан. - Лесной, особенный.
В этом походе всё было особенным, даже воздух, густые заросли по обе стороны дороги. Стены деревни перестали давить, клетка распахнулась, и две маленькие птички, радостно чирикая, порхали по незнакомому пути на край света. До самой радуги?
- Смотрите, какой густой папоротник! - указал их проводник. - Если хорошенько поковыряться, можно найти корешки интересной формы и сохранить в виде амулета на удачу.
Мальчишки вооружились кунаями и поползли в заросли. Пришлось изрядно измазаться прежде, чем попалось что-то действительно интересное, большинство корешков оказывались совершенно обычными. Шиби вырыл свёрнутый, подобно улитке, и на том удовольствовался. Минато спешно перекапывал полянку, пока не нашёл волнистый, изогнутый как змея, или как молния. Спрятав добычу среди вещей, группа продолжила путь.
К вечеру они успели оставить позади километров двадцать дороги, ныряющей в овраги, огибающей скалы, на которые, несмотря на поклажу, они с Шиби забирались, чтобы заглянуть подальше. Для ночёвки была выбрана укромная полянка, окружённая могучими елями, мальчишки растянулись на слое прошлогодней хвои, не в силах пошевелиться. Шикуро-сан сам сложил настоящий бездымный костёр, вскипятил в котелке воду, бросил туда крупы, мытые корешки, вяленое мясо, грибы, сыпнул специй. Покой земли и ельника пробирался через одежду, через кожу глубоко внутрь, убаюкивал, усыплял, унося тревоги. Минато вполуха слушал о пользе смолистого воздуха для дыхания, о лечении бронхитов и астмы, прислушиваясь к возне насекомых, для которых кустистая поросль была настоящим живым миром.
В ожидании ужина товарищи успели облазить окрестности, пометать в кривое дерево кунаи, заглянуть в несколько дуплистых отверстий, потревожить какое-то гнездо. Запах еды, распространившийся вокруг их стоянки, призвал обратно. Суп действительно удался необычный. То ли дело было в корешках, то ли прогулка и свежий воздух придали пище особую вкусовую ценность, но котелок был вылизан дочиста. Старик тем временем растопил на огне свежей смолы с какой-то жидкостью, велел опустить в неё очищенные перетёртые корешки и нитку. И оставить сохнуть до утра.
А после, с наступлением сумерек, Шикуро-сан показывал с верхушки дерева созвездия. А потом, на земле - как светится трухлявый пень.
Усталость взяла своё, сморив юных путешественников. Под деревьями были расстелены спальные мешки, впечатлений накопилось слишком много для одного дня, обрывки мелькали под веками, путаясь, сливаясь в ощущение бесконечного приключения, тонули в хвое и ночных тенях, пока не утонули совсем.

Утро подкралось мягко, сон отступил, Минато почесал макушку и открыл глаза. Шиби с дедом уже упаковали спальники. Не желая от них отставать, Намикадзе аккуратно сложил и затолкал в рюкзак свой. От ужина не осталось и следа, что означало, завтракать придётся захваченным из дому пайком. Приправленный лесным воздухом рис тоже был весьма съедобен.
Над головой висел только один корешок, сухой и почти твёрдый.
Абураме обнаружились неподалёку, обсуждающими жизнедеятельность огромного муравейника ростом с Минато. Завидев, что и он проснулся, почтенный ветеран улыбнулся встормошенному детскому виду.
- Готов продолжать поход?
- Да! - бодро заверил мальчишка, ловя языком осыпающиеся рисинки.
- Вот и славно, - Шикуро-сан спрыгнул на землю. - Тогда отправляемся.
Плечи несколько протестовали против возвращения поклажи, но ноги, отдохнувшие за ночь, стремились продолжить увлекательную прогулку. Рюкзак, зашуршав по куртке, занял своё место, и группа вернулась на дорогу. Лесной пейзаж непрестанно менялся, не уставая удивлять, радовать своей пестротой. Лесные колокольчики, огромные, послужили "пирожком" для ягод, которые росли там и тут. Минато прослушал лекцию об изготовлении осиновой, ореховой и дубовой краски для шиноби в полевых условиях, если нужно срочно и надёжно замаскироваться без применения чакры. Отвар из каких растений следует закапывать в глаза, чтобы временно изменить их цвет. Они с Шиби запаслись нужной травой и листьями, корой, чтобы при случае поиграть в близнецов.
А ещё им перебегал дорогу выводок диких свиней, мохнатых, полосатых и визгливых. Совсем не похожих на домашних.
Чуть позже лес начал редеть, заканчиваясь на берегу травяного моря, густого, высокого, гуляющего бесконечными седыми, будто пенистыми, волнами. Петляющая река забежала и сюда, но была совсем не глубокой, постаравшись, можно было перейти её вброд. Ребята получили задание поймать к обеду большую зелёную ящерицу, и вот тут уж Намикадзе пришлось учиться подкрадываться. Его шаги пугали всё вокруг на расстоянии нескольких метров, Шиби смеялся, но выполнять задание водиночку отказывался. Минато тоже смеялся, прыгал, вытянув перед собой руки, шлёпался на живот, группировался, но вёрткая добыча всё равно ускользала. Дело решила пара кунаев, настигших несчастное земноводное с тонкого кустарника, на котором Минато с трудом удерживался благодаря хрупкому сложению и ловкости.
За процессом разделки ящерицы оба мальчика следили увлечённо и заинтересованно, внутри она была совсем не похожа на свинью или курицу. Шиби взялся выбирать из внутренностей съедобные органы и чистить желудок, а Минато помогал старику сдирать кожу. Которую тоже забрали, оказалось, она отлично противостоит влаге и подходит для отделки рукоятей.
Пока ящерица коптилась над огнём, Минато попытался найти брод. В самом глубоком месте, коснувшись ногами дна, он поднял руку, и наблюдавший с берега товарищ заверил, что торчала вся кисть. Жуки водных процедур побаивались.
После еды, снова оказавшейся настоящим деликатесом, старик Абураме показал, как продырявить корешки папоротника сенбоном, как втянуть и закрепить нитку. Немного повозившись, ребята справились, торжественно надев на шею амулеты в память о своих приключениях. И о ящерице.
Их снова встретил лес. Казалось, в нём можно бродить неделями, и не будет конца-края соснам, дубам, ольхам. Махонькие деревушки на десяток-два домов осторожно ютились, окружённые садами и частоколом, полями, которые возделывали мужчины и женщины в широкополых шляпах.
Тяжесть рюкзака стала более-менее привычной. Шикуро-сан показал, из каких гнёзд можно брать яйца. Печёные на костре, они стали сказочным дополнением к ужину.
Лишь на третий день стали видны горы. Далёкие, серые, возвышались над лесом горкой пепла. Идти к ним пришлось весь день вдоль русла ручья, прыгая по камням. Затаившись, они пропустили мимо себя медведицу с маленьким пушистым медвежонком. Малыш смешно ковылял следом за матерью и что-то оживлённо лопотал, на что мамаша иногда отвечала грудным ворчанием.
К вечеру путешественники оказались на берегу маленького заросшего озерца, из которого вытекал ручей. В тёмно-зелёной воде водилась жирная сладкая рыба, которой группа запаслась. Минато, решивший продемонстрировать, как он умеет цепко подхватывать рыбёшек руками, едва не свалился в воду. Ночевали прямо на берегу, в свете факела насобирали зелёных щипающихся раков, которые сами лезли на свет, хоть котелок подставляй. Природа открывала детям щедрые ласковые объятия.
Берегом озерцу служил высокий холм. На него и взобрались рано утром, едва солнце выглянуло из-за деревьев. За одним холмом поднимался второй, за ним третий, и так до самого подножия скал, невысокой длинной гряды, протянувшейся поперёк пути, словно выщербленная старая колода. Взбираться на них было удобно и легко. Старик Абураме ожидал внизу с рюкзаками, пока мальчишки отважно карабкались вверх, привязывал их вещи к сброшенным верёвкам. Небольшое пространство, поросшее травой, усеянное глыбами, находилось по ту сторону. И снова начался подъём, сначала пологий, можно было бежать, потом приходилось карабкаться, придерживаясь руками, потом снова лезли высоко-высоко налегке, пока не оказались на высоком плече, выше леса, простирающегося на многие-многие километры, изрезанного лентой ручья. Осыпающиеся под руками камни и замирание от высоты взорвались эйфорией покорённой вершины. Хотя по-настоящему вершина всё ещё возвышалась неприступно, заслоняя солнце.
Ветер нещадно трепал одежду и волосы, разносил восторженные победные выкрики.
Дальше лезть не пришлось. Вдоль плеча вилась неприметная тропинка, ныряя, петляя, обходя каждый камень. Кое-где приходилось перепрыгивать трещины, балансировать на переброшенных брёвнах, неведомо откуда взявшихся тут. Обедать притаились от ветра в небольшой пещере. В ход пошла припасенная рыба, мальчишки жарили её прямо на палках, на которые она была нанизана. Огонь потрескивал, лица горели после сражения с ветром, глаза сияли яркими звёздами.
- Шикуро-сан, а почему Вы всё время в перчатках? - рискнул поинтересоваться Минато, рассчитывая на рассказ о боевых подвигах и шрамах. Старик Абураме перестал казаться чужим.
- Ты заметил, что для разведки мы постоянно используем жуков Шиби? - зашёл издалека ветеран, поворачивая над огнём рыбину, чтобы не сжечь хвост.
- Нет, - признался Минато, - я не различаю, где чьи.
- Все жуки-разрушители, которых ты видел, принадлежат Шиби, - пояснил дед. - Мои относятся к клановым секретам. И для разведки не годятся. В случае падения с высоты именно разрушители Шиби должны были страховать нас всех.
Намикадзе с уважением взглянул на товарища.
- Зато благодаря деду мы в полной безопасности, - выгнулись над очками тонкие дуги бровей.
Рыба аппетитно запахла, проголодавшиеся скалолазы занялись едой. Приключения влекли за собой, заставляя забыть об усталости. Минато вытер пальцы, лицо, бросил бумажную салфетку в затухающий огонь.
- Ты куда собрался? - остановил его старик.
- Так...
- Дальше туда, - Шиби-сан указал себе за спину, в узкую щель. Незначительный атрибут пещеры оказался коридором.
Протиснувшись в него, путешественники нырнули в кромешный мрак. Опытный шиноби высек огонь, посветил смолистой веткой. Тени брызнули, разбегаясь от движения огня, затанцевали на шершавых стенах, неровном полу, сужающемся потолке. Было страшновато. Казалось, громада гор может в любую секунду сдвинуться, сжаться, превращая их в лепёшку. Минато осторожно следовал в середине цепочки, стараясь не налететь на старика. Коридор сужался, и приходилось проползать, втягивая за собой рюкзаки, расширялся, но двигаться продолжали чётким строем. Опасность может представлять собой не только вражеский шиноби. Дохнуло сыростью.
Свет факела задрожал и потерялся, рассеялся в ватной черноте. Огромная пещера окружила их, где-то во тьме плескалась вода. Шиноби уверенно шагнул на звук, достиг подземного водоёма, посветил в стороны. Ребята ничего не разобрали, но Шикуро-сан обнаружил каким-то образом привязанную лодку.
- Дальше поплывём, - сообщил он.
Было по-настоящему боязно. В большом длинном гроте уже не казалось, что горы раздавят своей каменной тяжестью, зато вода, чёрным зеркалом отражавшая их вместе с лодкой, навевала мысли о таинственной бездне, из которой никто не возвращался.
От света шарахались с шелестом и писком тени.
- Летучие мыши, - пояснил Шикуро-сан, перезажигая новый факел.
Эхо повторило его слова таинственным многоголосым шелестом. Медленное течение несло само, Минато не решался спросить, почему лодка не оснащена веслом. Не хотелось в этот момент узнать о существовании какого-то подводного чудовища. За каменным гротом последовал ещё один, камни свешивались с потолка, подобно острым зубам огромного дракона, поднимались из пола, а вблизи вспыхнули, отражая огонь яркими цветными искрами. Разбитая на мельчайшие осколки радуга просыпалась от их присутствия и снова засыпала позади.
Со временем Минато начал привыкать к окружающему непроглядному мраку, слабому дрожащему огоньку, плеску кажущейся неподвижной, гладкой реки об каменные берега. Сказки о потоке, несущем под землёй в страну духов, всплывали в памяти. В его холодных водах шиноби теряет память. Намикадзе боязливо убрал руку с деревянного бортика. Сгорели ещё два факела прежде, чем впереди забрезжил свет. Река, ускоряясь, выплыла в его режущее глаза сияние, зелёные растения, ползущие по камням, казались яркими пятнами жизни. По каменистым склонам сбегал светлый лес. Шикуро-сан выпрыгнул прямо на поверхность воды и подтащил лодку к берегу.
- Ну как путешествие? - спросил он у ребят.
- Да! - выдохнул Шиби.
- Вообще, - подтвердил Минато. - И жутко, и здорово!
Старик рассмеялся.
- Вот там, чуть выше, на выступе скалы хижина, в ней и проведём недельку.
Мальчишки бросились вверх по склону, огибая буйный кустарник. Путь привёл их в обязательно сказочную страну! И всё в ней должно было быть сказочным. Минато переживал лучшее лето в своей жизни.

Хижина оказалась маленькой, круглой, потемневшей от дождей. Спать приходилось в спальных мешках на полу, что ничуть не разрушало сказочного очарования. Со стороны реки её заслонял огромный куст, примостившийся на самом обрыве, и всякий раз, спускаясь, его нужно было обходить.
Минато вскочил, выскользнул из спальника и выбежал наружу. Тихие голоса жуководов слышались снизу, от реки. Мальчишка заскользил вниз.
- Доброе утро, Шикуро-сан, Шиби! - возвестил он, врезаясь в холодную воду. Туча брызг обдала берег, Минато радостно фыркнул, бросился вплавь.
В этой небольшой заводи можно было даже понырять, а немного дальше струящийся среди камней поток сбивал с ног.
Старик заулыбался, выставив подбородок из воротника плаща.
- Доброе.
- Доброе, Минато, идём?
- Конечно! - мокрый Намикадзе выскочил на берег, отряхнулся по-собачьи и запрыгал вперёд.
Их утренний маршрут пролегал через лужайки, где главный жуковод деревни поставил силки на мелкую живность. Чаще всего туда попадались кролики. Но однажды мальчишки обнаружили даже лису. Убивать животных следовало быстро и аккуратно, чтобы не попортить мех. А ещё старик похвалил Минато за меткий бросок, упокоивший плутовку прежде, чем она заметила детей, сказал, могла отгрызть себе лапу и сбежать.
Затем они обыскивали склоны в поисках съедобных корешков и дикого лесного лука, чтобы приготовить с ними мясо. Годились даже зелёные молодые яблоки, правда их не ели, выбросили, но крольчатина с яблочной кислинкой была такая, что Минато ещё долго облизывался.
Остатки пищи Шикуро-сан выставлял высоко над хижиной на каменистой тропе для местного "хозяина". Мальчишки громко смеялись, наперебой представляя, как ходячий лесной пень будет обгладывать косточки да доедать корешки. Старого ветерана это не смутило, и принесенные из дому дары для "хозяина", который в отсутствие шиноби заботится о горной долине, заняли своё место. Но "хозяин" за ними так и не пришёл.
- Слушай, Минато, - Шиби ловко перепрыгивал по мокрым скользким камням, - а вдруг этот дух помер?
- Который долину охраняет? - обернулся Намикадзе. В синих глазах отразилось биение проворной мысли.
- У нас об этом месте не говорят лишнего, - признался Шиби. - Это секрет.
- Но...
- Я не знаю, дед ничего не сказал, я спрашивал.
Минато нахмурился. Их деды, конечно, старые друзья, но с какой такой стати чужого мальчишку посвящают в священные тайны одного из сильнейших кланов?
- Ты не думаешь, что меня... ну...
Шиби рассмеялся.
- Нет! Ты слишком большой. Чтобы разрушители прижились, нужен ребёнок.
Минато вздохнул с облегчением, вызвав у товарища ещё один смешок. Поток, болтавший без умолку, вдруг зашумел, срываясь со скалистого обрыва. В круглую, как чаша, низину скатывалась ещё одна маленькая речушка, и когда солнце поднималось над окружающими долину горами, косые лучи опускались в эти брызги, вот тут и начинались настоящие чудеса! Таких радуг, лиловых, багряных, изумрудно-лазурных Минато не видел никогда в жизни. Они полыхали, переливаясь, почти полчаса, пока солнце ползло над отрогами гор, а после искристые сокровища снова прятались в тени.
Совершив утренний ритуал, ребята бегом возвращались в хижину, где их уже ожидал завтрак.
Шикуро-сан рассказывал разные истории и прибаутки. На сей раз почтенный шиноби воздержался от повествований.
- Минато, нам с Шиби нужно отлучиться, ты подождёшь нас в хижине?
- Да, конечно, - согласился Намикадзе, обгрызая рёбрышко. Возможность находиться подальше от жучиных секретов успокаивала даже больше, чем заверения товарища. А вот Абураме-младший оживился, заглядывая деду в лицо.
Старик ничего не сказал, но было и так ясно, что происходит нечто вроде инициации, после которой Шиби станет полноправным членом клана.
Жуководы быстро собрались, не взяв с собой рюкзаков, из чего следовало, что дальше этой долины они никуда не направятся. Шикуро-сан цапнул пятернёй за светлую макушку, из-под очков мелькнул ободряющий взгляд.
- Не скучай, поплавай пока.
- Не переживайте, Шикуро-сан, - улыбнулся Минато. - Удачи, - пожелал другу.
Шиби состроил хитрое лицо, и, скрывая усмешку, поспешил следом за дедом.

Некоторое время Минато действительно провёл в воде. Потом вернулся и доел остатки кролика. Затем сел на пороге хижины, предаваясь размышлениям на тему Абураме, их священной долины и жучиных техник вцелом. Жучиные клоны, да и все их манипуляции при разведке, в бою, скрытные незаметные хитрости, были неоспоримым преимуществом, однако мальчишке всё равно не хотелось бы стать бродячим муравейником, даже если бы вместе с этим он получил все знания Шиби о тайнах леса и право расхаживать, где и как ему вздумается.
Было интересно, куда Абураме ушли, не на встречу ли с этим самым "хозяином"? Минато бросил косой взгляд на объедки. И почему лесной дух не явился за подарками? Не случилось ли чего? Откуда-то Шикуро-сан знал, что кости растаскивает зверьё.
Неразрешённая тайна будоражила ум, Намикадзе, не привыкший довольствоваться предположениями, завернул в салфетку обглоданные рёбрышки, сунул в карман и задрал голову, разглядывая скалу. Высокая. Но ведь та, на которую они взбирались, была даже выше! А Шикуро-сан каждый день сюда лазил, и вооон виднелась тропка, бегущая по самому краю.
Минато обогнул заросли, нашёл опору, зацепился, вскарабкался на пару метров. Следующий выступ был на подходящем для взрослого человека расстоянии, и слишком высоко для него. Мальчишка собрался, впившись в камень глазами, подпрыгнул и поцепился. Поболтал ногами, ища опору, подтянулся. Было приятно осознавать свою способность справляться с трудностями в результате настойчивых постоянных тренировок. Шаг за шагом, метр за метром, почти отвесная скала поддавалась, оставаясь позади. Оглядевшись по сторонам, Минато не нашёл подходящей опоры, как же тут взбирался старик? Но ответ на этот вопрос сейчас вышагивал совсем в другую сторону. Бастион оказался неприступным. Минато ещё раз внимательно осмотрелся, но ничего в радиусе досягаемости не обнаружил. Вздохнув, он попытался нащупать ногой путь к отступлению, оглянулся и замер. Река, долина, выступ с игрушечной хижиной, всё это было так далеко внизу, что пальцы начинали дрожать, а в животе подташнивало. Тело парализовала паника, сковывая движения. Совершено отвесная скала с небольшими, лишь для шиноби подходящими трещинами и выступами, уходила вниз, выскальзывала из-под вспотевших ладоней, напрягшихся до боли ступней. Мальчишка зажмурился, прогоняя панику. Так и свалиться недолго. Чтож, если бы удалось взобраться на самый верх, он мог бы обождать возвращения товарищей и надеяться на помощь. А что, если пройти в сторону?
Осторожно проверив маршрут, Минато нашёл свою ошибку, передвинуться левее следовало ещё пятью метрами ниже, по узкому карнизу. Сейчас же спуститься на него представляло огромнейшую трудность.
Сердце бешено колотилось в груди, волоски на голове встали дыбом, от страха забыв испугаться по-настоящему, он медленно присел, ощупывая носком скалу. Что-то нащупалось. Осторожно перенёс туда вес. Пощупал второй ногой. Удерживаться руками стало сложно, пришлось просто вжать ладони в шершавый камень и не дышать, опасаясь этим незначительным движением нарушить равновесие. Камень царапал щеку, широко расставив руки, Минато очень медленно спускался к карнизу. Казалось, путь занял целых два часа, но солнце по-прежнему светило в макушку и тень не изменилась.
Рассудив, что так ползти очень опасно, он решил всё же подняться выше, по правильному пути. В руках и ногах не было прежней твёрдости, но, кое-как, осторожничая, проверяя каждый камешек, всё же удалось преодолеть последний десяток метров.
Ветер ударил в лицо, попытался сорвать куртку. Минато сидел, оседлав скалу, совершенно неподвижно и ждал наступления вечера. Солнце словно прилипло к небу, по обе стороны вздымались пепельные громады гор, тонко серебрилась река. Интересно, что за дух приглядывал за этой крохотной долиной? Теперь было по-настоящему страшно, страшно двинуться, страшно свалиться и полететь кувырком на все эти камни с сумасшедшей высоты. Обрыв вызывал ужас.
Сообразив, что следует отползти, Минато огляделся и очень медленно, перебирая руками и коленями, попятился, рассчитывая заодно и от ветра укрыться за здоровенным камнем. Вечер приближался, становилось холодно. Чёрная тень накрыла изумрудно-серебристую долину, холодные камни были не самым удобным сидением, колени, ладони и локти содраны. И саднила щека. Минато сообразил, что Шикуро-сан может и задержаться. И ещё, если даже придёт, не обязательно догадается, что мальчишка здесь.
- Шикуро-саааан! Шииибииии! - заорал он. Подвывающий ветер разнёс его голос далеко над горами. Ответа не было. Становилось страшно. До самой головы ползти и ползти, но спуститься аж отсюда было совершенно нереально.
Пришлось выбираться из-под спасительного камня, снова пятиться, долго-долго, пока солнце не скрылось за горой. Успешное передвижение прибавляло уверенности в своих альпинистских способностях и отчаяния. Нет, конечно, Абураме не бросят его. Жуки Шиби обязательно найдут! Но ночевать под открытым небом на холодных камнях совсем не хотелось. А если уснёт и свалится? Следовало поискать более надёжное убежище.
Спотыкаясь впотьмах, чудом не скатываясь вместе с мелкими и крупными камешками, он, наконец, достиг центрального массива. Руки и ноги жутко болели. Под трясущейся рукой шевельнулся камешек, Минато перенёс вес, зашуршало, качнулось, и он уже летел вниз, оцепенев от ужаса.
Нормальный шиноби, конечно, сумел бы сгруппироваться в темноте. Следовало признать, что нормальным шиноби Намикадзе не был и стать не мог. Шмякнувшись мешком, он пребольно ушибся, и, кажется, сломал ногу. Степень, до которой можно испугаться, росла в прогрессии.
Минато осторожно шевельнулся. Болело всё тело, впились острые камни и было совершенно непонятно, что хуже, двигаться или не двигаться. Решив, наконец, двигаться, чтобы хоть как-то изменить положение, мальчишка, стиснув зубы, собрал свои конечности в кучу и оказался на четвереньках. Нет, нога сломана не была, и рёбра тоже целы, но болело всё так, словно его через дробилку пропустили. А ещё донимал холод. Минато попытался свернуться калачиком, осторожно перемещая пострадавшую ногу, и закутаться в свою куртку. Зубы всё равно стучали. Он не знал, где находился, не знал, услышат ли его, если будет звать, не водятся ли тут крупные хищники, перевязь с оружием потерялась, и шанс быть найденным жуками тоже таял на глазах. Когда все мысли успели провертеться по второму кругу, взошла луна. Её холодный свет заливал призрачные горы, казалось, вот-вот выпадет иней.
Осыпались под ветром мелкие камешки, будто кто-то невидимый шастал по горам, дух, рассерженный, голодный, сейчас кааак... косматая огромная тень появилась на границе неба и скал. Смотрела, исчезла, появилась снова. Сердце затрепетало испуганным воробушком, в ладонях закололо, по спине заструился холодный пот. Вот чёрт! Ну и угораздило... одному полезть. Он, конечно, не собирался лезть аж сюда, но, выходит, жизнь полна неожиданностей. Косматое ползло в низ, оглушительно фыркая.
- Не подходи! - звонко выкрикнул Минато, отскакивая к противоположной стене. - Я шиноби!! Я тебя убью!!
Зверь замер, прислушался. И продолжил свой путь. Начало колотить, словно в лихорадке. Поспешно вспоминались приёмы тайдзюцу, те, которыми можно наверняка кого-то убить... И всё же уверенности не было ни капли.
Животное оказалось совсем близко, мальчишка решил попытаться испугать его криком и снова изо всех сил заорал. В лицо ему раздался оглушительный страшный рёв. Минато снова вжался в стену. Продолжая рычать и шататься, зверь спустился, встал на задние лапы. Зато стало ясно, что это огромный косматый медведь. Намикадзе старался вспомнить, нападают ли медведи на людей. Хотя, если зверь голоден... да с такими зубами...
Рёв стих, превратившись в недовольное ворчание. Глядя в здоровенную башку, освещённую яркой луной, Минато не видел перед собой хищника. Медведь смотрел сердито, но нападать вроде как не планировал. Медленно-медленно выдохнув, тысячу раз за день едва не погибший будущий Хокаге (вдруг отчего-то вспомнилась эта туманная мечта) расслабил мокрые ладони. Наружу рвался нервный смех, радость облегчения, счастье от того, что его не разорвут на куски. Широкая улыбка расползлась по лицу, кривовато, вымученно. Надо же какое приключение!
Минато смотрел на своего ночного посетителя уже без страха. Хотелось прикоснуться к умной морде. Вспомнились завёрнутые рёбрышки. Не выпали? Нет, на месте. Развернул, протянул на ладони.
Медведь шумно втянул воздух, издал ворчание, принюхался к самому мальчишке, и только после этого принял угощение. Долго чавкал и сопел, обсасывая. Потом тыкал носом, удостоверяясь, что больше лакомств у Минато при себе нет. Несчастный пленник Пепельных гор смеялся, поглаживал косматую тушу.
Местному обитателю надоело тыкаться носом в пустой карман, он развернулся и толкнул головой мальчишку.
- Эй! Ты чего?
Нога всё ещё болела, причём ужасно. Да и где ему не болело в этот момент?
Медведь продолжал усердствовать, подталкивая.
- Мне лезть? - удивился Намикадзе. - Но... ну ладно, смотри сам, вот до сюда...
Голова подстроилась под движения ног, мягкая подушка осторожно толкнула, и медленно, от выступа к выступу, Минато пополз из каменной ловушки. В его спасении было что-то совершенно невероятное! Огромный косматый любитель копчёных со специями рёбрышек вытолкал его на самый верх. А потом они долго плелись по каким-то тропинкам, Минато боялся отстать, хотя жутко устал и ковылял с трудом. Медведь останавливался, ждал, снова шёл, вёл за собой куда-то прочь от залитых лунным светом скал, вниз, окольными проходимыми путями. Забрезжил рассвет, дорога стала узнаваема. Они шли параллельно реке, против её течения, вверх, к истоку и хижине. И когда свежее дыхание утра пробудило горную долину Абураме, измученный ребёнок свалился на свой спальник на полу деревянной хижины, не в силах в него даже забраться. Он не видел, как громадный медведь любопытно обшаривает остатки вчерашнего завтрака, а затем мирно сворачивается рядом. И принимается жутко храпеть.

Сначала в нос ткнулось что-то пушистое, щекоча. Минато чихнул. Моргнул, соображая, отчего на дворе день, а он просыпается. Косматая тёплая туша оказалась здоровенным медведем. Мальчишка рывком поднялся. Воспоминания навалились вихрем, ушибы больно заныли. Повсюду. А ещё Шикуро-сан стоял перед ним, низко склонившись, и вытянув в руках горшочек с мёдом.
- Шикуро-сан? - неуверенно спросил Намикадзе. Сон что ли?
Недовольный ранним пробуждением медведь ворчал и тёр лапой морду.
- Хозяин-сама, прошу Вас, примите это как скромный знак моей благодарности! - произнёс почтенный глава клана Абураме.
Минато почесал макушку, в изумлении глядя на него. Медведь принюхался и милостиво взялся вылизывать из горшочка сладкий свежий цветочный мёд. Первый мёд в этом сезоне.
Шиби таращился на товарища поверх очков.
- Это удивительно! - шептал старик. - Хозяин исключительно разборчив в знакомстве! Он никого не подпускает к себе близко!
- Так это и есть "хозяин"? - воскликнул Минато, усмехаясь во весь рот. - Он меня ночью вытащил, я... со скалы упал.
Очевидно, выглядел он достаточно убедительно, старик без лишних расспросов задрал одежду и взялся его осматривать.
- В этой долине живут жуки-разрушители, - сообщил он юному подопечному местного доброго духа.
- А разве они могут жить без чакры? - удивился мальчишка. - Ай!!
- В природе тоже есть источники чакры, слабые. От них жуки кормятся. Чакра шиноби совсем другая, жуки, которые вылупляются с её помощью, уже не могут жить в дикой природе, но приобретают ценные способности.
- Ясно... - каким-то образом тесное знакомство с медведем приоткрыло завесу родовых тайн для обладателя миллиона синяков и золотистой испачканной копны.
Покончивший с угощением хозяин волшебной страны Радуг бесцеремонно протискивался через дверь хижины, намереваясь отоспаться подальше от шумных шиноби.
- Ай! - снова не выдержал Минато.
- Ничего страшного, - заключил Шикуро-сан. - Смажем настоем, обвяжем на ночь листьями, отвар сделаем, будешь как новенький.
- Спасибо, Шикуро-сан. Я... правда, я не хотел.
Старик внимательно посмотрел на мальчишку.
- Мой прадед был ранен во время боя в Пепельных горах. Хозяин нашёл его и принёс сюда, но медицинской помощи оказать не мог. Это сделали жуки. Поселившись в теле шиноби, они спасли ему жизнь.
- Понятно, - прошептал Намикадзе. Ему казалось, что и он прошёл некое удивительное посвящение. - Но разве ему может быть столько лет? Он, конечно, большой...
- Возможно, это был его отец или дед, - пожал плечами глава клана жуководов.
Настой пах спиртом, резко и неприятно. Вскоре Минато провонялся им насквозь, целительное тепло впиталось в тело. Снова клонило в сон.
- Погоди, - предупредил его Шикуро-сан. - Перекуси сначала.
Мальчишка кивнул. Медведя не было слышно, наверное, снова ушёл в свои горы. Или долины, кто знает, как велики его владения, и сколько скрывают чудес.

@темы: Фанфики

Комментарии
2011-11-13 в 15:37 

шекспира-сан вы просто гений!

2011-11-13 в 17:09 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
2014-12-09 в 08:16 

Восхитительно!

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Yondaime Chronicles

главная