Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
Название: "Клановые способности".
Автор: Шекспира.
Рейтинг: G.
Жанр: приключения.
Размер: мини (2600 слов).
Персонажи: Минато, Кушина, Микото.
Дисклеймер: Кишимото-сан.
Разрешение на размещение: с указанием источника.
Предупреждение: OOC. Играюсь временем ;) ОС-ы.

И ещё.

Замело! Минато выскочил во двор с широкой лопатой для снега. Шарф болтался, ударяя по коленям, золотистые вихры мелькали, толстые теплые перчатки плотно держали древко. Снег летел во все стороны, рассыпался, мороз колол щёки, дыхание клубами пара вырывалось из груди, синие глаза сияли задором и энергией, такое же синее небо просыпалось над головой, виднелось между пушистых веток старой липы.
Дорожка росла, протянулась через сад, за дом, подбежала к калитке.
- Достаточно! Иди уже есть, - позвала из дому Ями-сан.
Мальчишка ещё два раза копнул, расчищая Полкану пространство вдоль забора, выколотил налипший на лопату снег и нырнул в тепло. На столе уже стоял горячий грибной суп.
- Ты насобирал летом, а я насушила, теперь супец едим, - приговаривала бабушка.
Дед молча сербал через край тарелки.
Минато быстро опорожнил свою порцию, поблагодарил стариков за пищу и поспешил наверх, собираться в Академию. Надел тёплую меховую куртку, белую кроличью шапку с ушами, вскинул на плечо сумку, сунул в карман перчатки, окинул взглядом пространство у входа, проверяя, всё ли взял. Плакат с проектом по истории был аккуратно свёрнут и упакован в толстую бумагу.
Пересчитав ногами ступеньки, живо зашнуровал сапоги, крикнул в сторону большой комнаты "я ушёл" и выскочил на улицу.
И сразу же попал в сугроб. Придерживая свёрток повыше, побрёл вдоль переулка туда, где уже протоптали дорогу другие шиноби. От ночной бури не осталось и следа. В плечо ударил снежок.
- Эй, Минато! - Сарутоби Айро буквально свалился с крыши вместе с целым сугробом. - Привет!
- Привет! - обрадовался Намикадзе. - Классная буря ночью была, да?
- Ага, - подтвердил товарищ, - в Восточном секторе деревьев наломало.
- Надо сходить посмотреть после уроков.
- Все группы задержались с миссиями.
- Круто! Это Фугаку? - мальчишка ткнул пальцем в пробирающееся через сугроб пальто с капюшоном.
- Вроде он...
Намикадзе зажал свёрток подмышкой и ловко слепил снежок. Пальто запнулось, ощупало следы снега на капюшоне, обернулось возмущённо. Минато широко и искренне улыбнулся. Учиха тоже улыбнулся.
- Доброе утро, Минато! - помахал рукой.
- Привет, - прыгнул через снег, догоняя. Айро не отставал от товарища.
- Привет, - повторил Сарутоби.
- Ваш квартал тоже завалило? - любопытствовал Намикадзе.
- Утром расчистили. А дальше вот...
- Генины за день расчистят, - авторитетно заявил Айро. - До самых ворот.
Минато хихикнул.
- Скоро и нам чистить?
Фугаку бросил на него недовольный взгляд.

Фуиннодзюцу прошло без потерь. Хидеки-сенсей тяжело вздохнул, взглянув на корявую схему, но за сложность похвалил. Больше всех доставалось Микото, читать техники, не охваченные академической программой, было бы неприятно любому однокласснику, кроме тихони с аккуратной ракушкой на затылке. Она улыбалась, спрашивала, училась у Кушины почти столько же, сколько у сенсея.
- Пойдём в туалет? - предложила Кушина.
Подруга уже привыкла к тому, что электровенику нужно было прогуляться куда-нибудь перед каждым уроком, поэтому согласно кивнула. Девочки вышли из класса, смешавшись с морем спешащих голов. На ногу больно наступили, да ещё и локтем под рёбра двинули. Микото только ойкнула, схватившись за бок. Чёрная тугая коса мелькнула, скрываясь за спинами. Над коридором громыхнул голос Хабанеро:
- Ану стой, малявка!!
Рыжий ураган врезался в толпу учеников, расталкивая их во все стороны. Тугая длинная коса оказалась в цепкой руке разгневанной Узумаки. Девочка завопила и нехотя попятилась.
- Извинись! - потребовала бестия.
Девчонка сердито глотала слёзы. Кушина намотала косу на руку и дёрнула. Слёзы брызнули из чёрных, как жучки, глаз, но малявка продолжала упорно молчать.
- Она учителю пожалуется, - услужливо подсказали рядом.
- Пусть жалуется, - зловеще ухмыльнулась Узумаки. - Поймаю после школы.
- Отпусти Ёсину, пожалуйста, - попросила Микото. - Она нечаянно меня толкнула.
- Нечаянно толкнула?! - возмутилась Кушина. - Да у тебя у самой на глазах слёзы! Пусть знает!
Микото поспешно вытерлась платком.
- Пойдём, пожалуйста, я хочу умыться.
Подруга на прощание выдернула пару волосинок у ойкнувшей девочки и с видом категорического протеста направилась в туалет.
Кушина помнила все обиды. Иметь двух братьев не всегда означало защиту и попечительство, не все мальчишки были также воспитаны, как Сенджу Наваки. Игры в "заставь Кушину плакать" были любимыми в доме в отсутствие матери. Поломанные куклы, разбитая посуда, отнятые сладости. Подножки, толчки, издёвки. Младший и вовсе с кулаками бросался. А ещё ябедничал. Мать жалела его. А Кушина мечтала умереть и освободить родных от своего существования. Да и себя заодно.
Ей помогали выживать упрямство и ярость, и Хабанеро не понимала, почему Микото всем спускает с рук. Мышка тщательно умывалась, будто ничего не произошло.
- Как твоя фамилия?
Девочка смутилась.
- Мне нельзя носить клановое имя, - ответила тихо.
- Почему? - изумилась Кушина.
- Клан позволяет носить своё имя только тем, кто может владеть клановыми техниками. Хотя бы огнём.
- Что ж это за клан такой, - буркнула недовольно. - Наш клан наоборот, учит.
- Учиха, - Микото вытирала лицо аккуратным чистым платком.
Кушина разинула рот.
- Так ты из клана Фугаку?
- Ну да.
- Если бы ты сказала, что ты Учиха, эта малявка не посмела бы тебя колотить!
- Я ещё не Учиха, - объяснила подруга. - В элитных кланах нет слабаков. Клановое имя нужно заслужить.
Хабанеро пожала плечами. Элитные кланы имели и негативные стороны. Прозвенел звонок, выгоняя девочек обратно в коридор. Вместе с другими детьми они вбежали в класс и уселись за парту.
Истории Кушина дожидалась с нетерпением. Они с братом потратили весь вечер на подготовку проекта, большого, на двоих. На их плакате фигурки передвигались по приклеенным полосочкам, а Наваки все их переделал, чтобы выглядели аккуратно. Там были и камни, за которыми подразделения прятались, и кусты, и реки с мостами, где происходили сражения. И даже тучи сюрикенов или стихийные техники можно было вытащить в прорезь, потянув ногтем за край бумажки. В стужу Кушине всё также не сиделось на месте, и её неуёмная энергия переключилась на ножницы и бумагу. Цунаде шутила, что в доме завёлся целый кукольный театр.
Мито-сама была участником многих сражений, Наваки подготовил интересный рассказ. Едва Хидеки-сенсей начал урок, как Кушина запрыгала с поднятой рукой, напрашиваясь к доске. Учитель оборвал вступительную часть на полуслове и махнул рукой, приглашая непоседу отвечать.
Девчонка радостно выхватила свёрток, принялась пришпиливать его кнопками.
- А ты куда? - спросил сенсей строго.
- Мы вместе! - ответил Наваки, комкая лист с набросанным планом рассказа.
Сенсей посторонился. Класс зафыркал. Кушина ничуть не смутилась, излучая энтузиазм подобно ядерному реактору, она следила за историей, которую рассказывал брат, и вовремя передвигала фигурки. Сначала все, даже Хидеки-сенсей, замерли, впечатлённые их представлением, а потом послышался дружных хохот. Девочка обвела класс возмущённым взглядом. Даже Микото смеялась, прикрыв рот рукой. Стало совсем обидно, до злости. Наваки растерянно обернулся и, взглянув на плакат, сердито покраснел. Кушина проследила за его взглядом. Фигурки были злобно разрисованы обычной чернильной ручкой. Весь их труд пропал безвозвратно. Кровь ударила в лицо, зашумела в ушах.
- Кто это сделал?!! - завопила Кушина, сверкая глазами. - Блин морской!!!
- Узумаки! - возмутился сенсей.
Хабанеро не обращала на учителя внимания, не видела ничего, кроме смеющихся, злорадствующих... врагов!
Тёмно-красным заволокло глаза, стало жарко, колко, словно кто-то применял к ней ириониндзюцу. Облако росло, окутывая, тёмно-красное, кровавое. Цвета клана Узумаки. Чакра рыжих упрямцев.
Дети притихли на своих местах, веселье сменилось испугом. Со злобным торжеством Кушина предвидела расправу над обидчиками. Учиха сидел ближе всех. Кроваво-красная плеть хлестнула его, обжигая. Краем глаза девочка заметила, как сенсей сложил печати. Воздуха недоставало. Задыхаясь, Узумаки провалилась в черноту.

Уроков в тот день больше не было. Сенсей повёл окровавленного Фугаку в больницу, Кохару-сама забрала Кушину. Класс распустили по домам.
Минато сбросал книжки в рюкзак и ткнул Айро в спину:
- Ну что, пойдём посмотрим на поломанные деревья?
Сенджу согласно кивнул.
- Идём!
- А мне с вами можно? - попросился Чоуза.
- Конечно, - согласился Минато. - Можешь Шикаку и Иноичи позвать.
Из Академии они уходили скопом. Болтали, бросались снегом, норовили затолкать его друг другу за шиворот. Чоуза повалил Иноичи в сугроб и сел сверху, сенсор пищал, брыкался, возмущался, компания хохотала.
- Интересно, что это было на уроке? - подивился Намикадзе вслух. Шапка перевернулась боком, и теперь одно пушистое ухо свешивалось на лицо.
- Ниндзюцу, - предположил Нара. Высокий хвост смешно торчал под вязаным "петушком".
- Хабанеро умет использовать ниндзюцу? Вот это да, никогда бы не подумал!
- Я тоже, - подтвердил Чоуза.
- Вряд ли она умеет, - рассудил Шикаку, - нечаянно получилось. Если бы умела, то почему досталось Фугаку? Просто ближе всех сидел.
Аргумент звучал убедительно.
- Смотрите! - указал Айро на засыпанный снегом ствол. Мелкие ветки уже срезали, и только толстые культи торчали во все стороны.
- Оно в саду стояло, - вспомнил Минато. - Забор разворочало.
- А вон там просто сломлено надвое, - вытянул руку Иноичи.
- И здесь что-то было, - указал Чоуза на вытоптанный снег. - Крышу проломило.
- Наверное, уже убрали.
- Эй! Мальчишки! - раздалось сверху, и ребята задрали головы. Юсукэ Ёсина, маленькая, худенькая, с вызовом в чёрных, как жучки, глазах стояла на заснеженной крыше, уперев руку в бок. Из-под вязаной шапочки выбивалась длинная коса. - В снежки играем?
- Играем! - обрадовался Айро.
Ёсина швырнула плотно стоптанным комком снега и спрыгнула на противоположную сторону. Мальчишки нырнули в сугроб, вглядываясь в забор напротив. Где-то там должна была появиться местная ребячья группировка. Снежки формировались под ловкими пальцами, и едва между досок мелькнуло, Минато выскочил, метнув первый ком. Айро воспользовался этим, чтобы зацедить в голову тому, кто целился в Намикадзе. За забором ойкнули, видимо, девчонка. Сарутоби виновато усмехнулся.
- Ну, буду помягче, не стаптывать сильно.
- Они в полную силу, - Шикаку указал на след от разбившегося чуть выше снежка, всё ещё сохранившего форму.
- Да ладно, девчонки всё равно, - настоял Минато. - В полсилы. Не швырять больно, это на попадании не скажется.
Чоуза решительно крякнул. Толстяк настаивал редко, но в таких случаях спорить с ним бесполезно, Иноичи скривился и начал лепить новый снежок, помягче.

Кушина ощупала верёвку на ноге. Узел сложным не был, но Мито-сама закрепила его каким-то дзюцу, и он никак не поддавался. Девочка дёрнула, стукнув дверью, к ручке которой был привязан её поводок. В комнате Мито-сама перешли на крик. Джинчурики закрылась там с Наваки и директором Академии, и теперь кричала про "вздорную неблагодарную девчонку". Хабанеро догадывалась, что это не о ней. Голоса стихли. Дверь в конце коридора хлопнула, и растрёпанный Наваки скользнул в её комнату.
- Ругается? - поинтересовалась равнодушно.
- Я показал, как наш плакат испортили, так бабушка просто взбеленилась, - прошептал брат. - Сказала, что в то, во что превратилась Академия, она своих внуков не отправит. Чуть не выгнала директора из дома.
- Чего она так? - удивилась Кушина.
- Ну типа не разобрались. Кохару-сама сначала ругалась, что ты агрессивная, и что плохо учишься, а потом выяснилось, что на тебя ещё и дзюцу применили... Даже сенсей смеялся. Мне тоже обидно, - добавил он, помолчав. Мальчишка залез с ногами в кресло.
- Нас теперь не пустят в Академию?
- Всё равно каникулы скоро, а там они помирятся.
- Ну да... - Кушине очень хотелось, чтобы их вообще не пустили больше в Академию. Всему интересному можно было научиться дома. И оценки тут не ставили.
По коридору торопливо прошла красная, как помидор, директор Утатане в сопровождении Мито-сама. Джинчурики была бледна от гнева и выражение её лица чем-то очень напоминало Кушину.
Через минуту Мито-сама показалась на пороге.
- Останешься дома, пока не научишься контролировать себя, - заявила она.
Кушина виновато кивнула.
- Будете заниматься со мной вместо Академии.
Наваки невероятно обрадовался. Бабушка знала куда больше, чем их учитель, и учиться, когда внимание уделяют двоим, а не двум десяткам, гораздо проще. И не надо будет вставать рано!
- А теперь обедать, - велела матриарх, и дети бросились за ней следом. Поводка Кушины хватало ровно до её места за столом.

Раскрасневшийся, с шапкой в руках, Минато вбежал в калитку под радостный визг скачущего Полкана.
- Ну и кто будет тебе уши лечить? - проворчала со двора бабка. Мальчишка открыл рот ей ответить, так и застыв на месте. Крохотная Ями-сан стояла на лыжах. - Вот если окажется, что простудился, никуда не пойдём, - произнесла она наставительно.
- А дед тоже идёт? - поинтересовался Минато.
- Нет, деду что-то нездоровится, говорит, погода. После ночи ломит кости.
Почтенный ветеран болезненно реагировал на перемену погоды, ныли старые раны, шрамы, сросшиеся много лет назад переломы. Минато поспешно нахлобучил шапку.
- Я не простудился!
- Хорошо, если так, - засомневалась бабка, высвобождая валенки из крепления.
Намикадзе поспешно скользнул в дом. Оставил вещи в своей комнате, поёжился от царящей там прохлады и быстро сбежал в низ. Дед сидел, прислонившись к печке. При виде внука его лицо смягчилось.
- Что нового в Академии?
- Кушина рассердилась и применила какое-то дзюцу, Фугаку забрали в больницу, нас отпустили, - выпалил Минато. Дед встревожился.
- Дзюцу? - лицо старого ветерана потемнело.
- Она нечаянно.
- Узумаки очень сильный клан, - проворчал старик. - Сенджу многочисленная, но всё же побочная ветвь от них.
- Как Учиха и Хьюги? - обрадовался мальчишка.
- Да, - подтвердил Такеши-сан, став ещё серьёзней. - Узумаки Мито сильнейшая куноичи. Боюсь предположить, что она задумала относительно этой девочки.
- Кушины? - беззаботно интересовался внук.
- Неужели она запечатает в неё демона? - ворчливо отозвалась Ями-сан, появляясь на пороге с дымящими тарелками.
- А куда его девать? Девятихвостый демон бессмертен.
- Какой демон? - широко распахнулись яркие синие глаза.
Дед посмотрел на Минато задумчиво, почти печально, и лишь потом сказал:
- Многие предпочли бы забыть о нём, отправить в его измерение вместе с памятью.
- Узумаки и без него сильный клан, - подтвердила бабка. - Да ещё этот характер их.
- Ладно, давайте обедать, пока не выстыло, - решил Такеши-сан.
Намикадзе младший не переставал за едой думать о демоне и Кровавой Хабанеро, у которых, очевидно, было много общего. Отвлекли его лишь разговоры о предстоящей прогулке.
- Куда пойдёте? - интересовался дед, орудуя палочками.
- Думаю, к реке, на холмы, - ответила Ями-сан.
- В твоём-то возрасте, - поддел её муж.
- Я тебя младше! - заявила куноичи. - И ты просто боишься позорно глотать снежную пыль.
- Да конечно боюсь, - с иронией отозвался дед.
- Вот я и закончила! - бабка сложила палочки в тарелку. - Спасибо тому, кто наелся.
Минато усмехнулся и приналёг, уплетая последнюю лапшу. Бабуля собрала тарелки, а мальчишка шмыгнул наверх пройтись воском по своим лыжам.
- Ну? Ты идёшь? Минато! - раздалось внизу.
Схватив в охапку одежду, младший Намикадзе спрыгнул мимо лестницы вниз. Поспешно обулся, натащил куртку, замотал шарф. Дед вышел следом, выдернул из подмышки шапку, плотно натянул и связал под подбородком уши.
- Осторожней там, - напутствовал.
- Не бойся за нас, мы вдвоём не пропадём, - заверила его крошечная супруга.
Ветеран с сомнением провёл взглядом двоих детей с лыжами на плечах, весело шагающих по заснеженной улице.

На краю деревни бабушка остановилась. Пристегнув крепление, она подёргала ремни во все стороны и выровнялась, упёршись палками. Крутой спуск сворачивал прямо к реке. По мосту брели шиноби. Внизу в оледеневших каменистых берегах ворчала река.
- Бабуль, может, не надо? - засомневался Минато.
- Смотри! - воскликнула Ями-сан, оттолкнулась, пригнулась, сгруппировавшись, и, набирая ускорение, ядром ринулась вниз. Внук поспешил следом.
Заломив крутой вираж, куноичи влетела на мост. Прохожие брызнули от них во все стороны. Бабуля пролетела мост, выскочила на дорогу и помчалась вверх, сделав ещё один лихой поворот на подъёме. Минато следовал за бабушкой в священном трепете, кто ж мог подумать, что крошечная сварливая женщина - лихая торпеда?! Мальчишке начало казаться, что и его старики однажды были молоды. И, страшно подумать, катались тут наперегонки.
На холме собралась деревенская детвора с санями. Даже самые отчаянные лыжники не являлись сюда. Холмы круто спускались к реке, и тот, кто не успевал затормозить на узкой полосе дороги, рисковал свалиться прямо в холодную глубокую воду. Намикадзе Ями это не останавливало! Набрав разгон, пожилая женщина направилась к огромному сугробу и, взмыв в небо под восхищённые ахи зрителей, ловко развернулась, вздымая тучу снежных брызг. Оказавшись на дороге, куноичи помчалась по ней вверх, заходя на новый круг.
- Крутой пацан! - раздалось рядом восхищённо. Минато обернулся к Иноичи и, сияя широкой улыбкой, заявил:
- Это моя бабушка!
После чего плотнее натянул шапку, вцепился в лыжные палки и храбро покатил вниз, к трамплину. Он сильно подозревал, что бабуля пользовалась для своей блестящей акробатики чакрой, но подвиг манил к повторению. Ветер резал лицо, заставляя прищуриться, снежное полотно, искрясь, летело навстречу. Потом пропало и, замерев под ложечкой, Минато окружило ясное синее небо.

@темы: Фанфики